dipperman (dipperman) wrote,
dipperman
dipperman

Categories:

Лучшие дни года

 Моё любимое время года - это именно сейчас, когда лес ещё весь завален снегом, а на полях от него остались только отдельные пятна. Когда ветер пахнет оттаивающей землёй и влажной древесной корой, и над снегом летают первые бабочки. Только сейчас простой трясогузке или зарянке радуешься так, словно встретил, как минимум, беркута или змееяда. Именно сейчас откуда-то приходит уверенность, что всё самое интересное, самые замечательные встречи и удивительные находки – впереди, причём это «впереди» уже совсем близко. Это такое ощущение, как будто тебе снова 16 лет…


Ну, это было лирическое вступление. А теперь расскажу о том, как ездил в лес, что между Петелино и Бекасово. Выехал вчера (30.03) уже во второй половине дня. Когда сошёл с электрички, уже перевалило за 16 часов. Дорога от платформы до Минского шоссе протаяла полностью, идти было одно удовольствие. А вот стоило перейти шоссе, как сразу начались проблемы. Снег за прошедшие тёплые дни, конечно, сильно осел – но только его всё равно местами ещё по колено, а местами – заметно выше. Причём он настолько рыхлый и хрупкий, что никакие лыжи или снегоступы на нём держать не могут – всё сразу проваливается до земли, и так – каждый шаг. Пропахав так с километр, выбрался к заброшенной танковой насыпи, и там стало полегче: сверху шла укатанная снегоходная колея, где умятый снег ещё как-то держал, хотя я и там проваливался через пять шагов на шестой. Но только по щиколотку.
Из птиц первое, что бросилось в глаза – изобилие корольков и пищух. Причём вторые ещё и постоянно пели – в таких количествах я их не слыхивал уже давно. Корольки вели себя скромнее, но возня и попискиванье доносились чуть ли не с каждой ёлки. Явно и у тех, и у других вовсю идёт пролёт. Ещё был приятно удивлён, услышав воркование вяхиря – не ждал их настолько рано. Снегирей в лесу неожиданно много – тоже, очевидно, пролёт.
Продвижение вперёд давалось нелегко, но часам к 19 я с грехом пополам добрался до «промежуточной остановки Берёзовские поля». На подходе к ним вспугнул небольшую группу лосей, которых сопровождали две сойки. Вообще-то считается, что сойки, вертясь возле пасущихся лосей, выполняют функции сторожей: при опасности замечают её первыми и поднимают крик, предупреждая сохатых. Но в данном случае охрана проявила полную профнепригодность: сойки заорали уже после того, как вспугнутые лоси с хрустом ломанулись куда-то вглубь леса.
На закате в пойме речки Берёзки на той стороне полей запел чёрный дрозд, вдоль опушки пролетел потревоженный канюк. Сама речка вздулась и вышла из берегов, но поскольку зимой она промёрзла до дна, теперь вся вода катится поверх льда, и по нему можно легко перебраться на тот берег (при наличии резиновых сапог). У меня сапоги были, так что я в сгущающихся сумерках форсировал речушку и двинулся дальше. В принципе, заночевать можно было бы и где-нибудь тут, но у меня было одно опасение: после того, что я слышал в новогоднюю ночь, как-то хотелось бы организовать себе ночлег побезопаснее. И я знал, где поблизости есть подходящее место: на большой поляне впереди по курсу стоит большой капитальный навес, который построили деятели с местной охотбазы. До ближайшего жилья оттуда километров 8 по прямой, но в выходные по сезону охотнички иногда приезжают туда на квадроциклах (или снегоходах – в зависимости от времени года) бухать и жрать шашлык. Сейчас, однако, там никого быть не могло. И уж не знаю зачем, но на крыше навеса строители зачем-то предусмотрели этакий «гроб», прикрытый отдельной крышей, к которому даже ведёт удобная лесенка. Впрочем, удобная она по меркам потомков обезьян, а для всяких там собак – вполне сойдёт за препятствие.
До цели я добрался уже по темноте, и обнаружил, что зимой тут побывали вандалы: стол под навесом сломан, сам навес сильно обгорел – но уютное гнёздышко на втором этаже осталось в целости и сохранности. Туда я и забрался.
Ветра не было, Луна светла сквозь лёгкую дымку, тишину нарушали только гул моторов и вялая перестрелка на полигонах. К полуночи и эти звуки стихли – настала полная тишина. И почти сразу, словно дождавшись своей очереди, подал голос самец длиннохвостой неясыти. Певец перелетал вдоль западного края поляны, где протекает речка Кутьменёвка. Крикнет 2 раз из одного места – перелетит. Снова крикнет – и снова перелетит. Потом замолк, а перед рассветом опять ненадолго подал голос.



В 6 утра меня поднял будильник. За ночь, конечно, посвежело – но, по-моему, до заморозка дело не дошло. Кругом пели чёрные дрозды, причём один из них – совсем близко. Где-то трещали и квохтали рябинники. Больше пока не было слышно никого. Быстро собрался, сховал рюкзак на ближайшей ёлке (пустая предосторожность!) и двинулся на полигоны. Со всех сторон доносилось «тюпканье» пролётных зябликов и свист снегирей, в кустах в пойме очередного ручья соревновались в пении 2 зарянки, откуда-то из-за леса донёсся хриплый вопль серой цапли, с следом показалась и она сама.
На полигонах поднимающееся солнце светило сквозь туман, окрашивая его розовым. Повсюду раздавались голоса пролётных зябликов, щеглов, летали какие-то дрозды, на верхушке молодой берёзы пел серый сорокопут. Пролетел чибис, где-то вверху по-весеннему орала озёрная чайка. Как обычно, в тумане бормотали тетерева, придерживаясь своей обычной здешней тактики: 5 минут токуем на одном месте – снимаемся, летим на следующее. Самих петухов не видел, а вот двух курочек – удалось. В берёзовом мелколесье стоял лось, прикидываясь деталью ландшафта. Когда понял, что его раскусили – не торопясь, трусцой ушёл. В пойме ручья, от которого я удалялся, раздавались чьи-то шаги и хлюпанье воды, но из-за кустов и тумана ничего нельзя было разглядеть (потом по следам понял, что это было стадо кабанов). Чем дальше я отходил от стены леса, тем меньше было под ногами снега, и вскоре остались только вода и трава. Из-под травяной кочки с пронзительным писком вылетел луговой конёк. Возле протаявшего болотца наткнулся на усыпанный ярко-красными ягодами куст калины, который почему-то проглядели дрозды - сладко-горькое угощение дедушки Лешего. Солнце поднималось выше, туман понемногу таял. Потом тишину нарушил гул мощного мотора – по центральной дороге полигона ехал армейский «Урал».

«Пора сваливать» – подумал я и направился к опушке леса. Там мне встретилась искавшая что-то в прошлогодней траве у подножья старой берёзы парочка седых дятлов и одинокий, молчаливый певчий дрозд. В ельнике свистели пухляки, пела одинокая московка, издалека доносился «хохот» и барабанная дробь желны.
Когда добрался до оставленного рюкзака, от тумана не осталось уже и следа, но сзади было по-прежнему тихо. А вот уже когда снова выбрался на Берёзовские поля – началось! Сначала – какие-то вялые хлопки и короткие очереди из чего-то вроде автоматической пушки, а вот потом начало бабахать по-настоящему, так что земля тряслась и эхо гуляло по лесу по полминуты.
Когда возвращался к станции, не встретил уже почти ничего особенного – солнце пригревало, показались бабочки – крапивницы и весенницы, и какие-то мухи. Появились восходящие воздушные потоки («термичка»), и в путь тронулись канюки. Кружились, кричали, сбивались в компании по нескольку птиц – тоже пролёт. Из леса несколько раз доносился свист рябчика.
Дополнение №1 – список встреченных видов.
Серая цапля - 1
Kанюк - 9
Тетерев - 4
Рябчик - 2
Чибис - 1
Озёрная чайка - 1
Вяхирь - 3
Длиннохвостая неясыть - 1
Седой дятел – 5-6
Желна – 4-6
Большой пёстрый дятел - 1
Трёхпалый дятел - 2
Полевой жаворонок - много
Луговой конёк - 3-4
Белая трясогузка – 2-3
Серый сорокопут - 1
Обыкновенный скворец - 1
Сойка - 3
Сорока - 4
Kедровка – 4-6
Галка - много
Серая ворона – много
Ворон – 8-10
Kрапивник – 6-8
Желтоголовый королёк - много
Зарянка – 5-6
Рябинник - много
Чёрный дрозд - много
Белобровик - 1
Певчий дрозд - 1
Деряба - 1
Ополовник - 1
Пухляк – много (поют)
Московка – 2 (поют)
Лазоревка - много
Большая синица - много
Обыкновенный поползень - 1
Обыкновенная пищуха - много
Зяблик - очень много
Обыкновенная зеленушка – 3-4
Щегол – 8-10
Обыкновенный снегирь - много
Обыкн. овсянка – 1-2
Ну и из зверья, помимо лосей и кабанов непосредственно не встретил никого, но видел заячьи следы и помёт косули.
Дополнение №2 – а это те птахи, которых я рассчитывал встретить – но не встретил.
Журавль – видимо, всё-таки ещё слишком рано
Полевой лунь – должен уже быть. Где?
Воробьиный сычик – ну, не всё сразу. Хотя вообще-то немного странно.
 
Tags: Петелино, звери, птицы, фото
Subscribe

  • Приятного аппетита

    Животным безразлично наше представление о том, что им положено делать, а что нет.

  • Как споткнуться на ровном месте

    Бывает так - считаешь, что в какой-то области переел если не всех собак, то бОльшую часть, и с полным основанием можешь считать себя профессионалом.…

  • Пастушок и его "спасатели"

    На незамерзающей речке в одном из московских парков фотоохотник обнаружил зимующего водяного пастушка. Случилось это в начале февраля, так что…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments

  • Приятного аппетита

    Животным безразлично наше представление о том, что им положено делать, а что нет.

  • Как споткнуться на ровном месте

    Бывает так - считаешь, что в какой-то области переел если не всех собак, то бОльшую часть, и с полным основанием можешь считать себя профессионалом.…

  • Пастушок и его "спасатели"

    На незамерзающей речке в одном из московских парков фотоохотник обнаружил зимующего водяного пастушка. Случилось это в начале февраля, так что…